Русские классики

Отсекалось все «чуждое»: от идеологически неприемлемых сочинений русских «классиков» и модернистских направлений в искусстве до тлетворного влияния западного кинематографа. Последним «бастионом» негосударственной культуры долго оставалась эстрада, но и она «пала» в середине 30-х годов. Поле государственной культуры становилось все более «гладким» и одинаково «правильным» с точки зрения идейной. Богатый арсенал средств использовался для искоренения «эгоизма», «индивидуализма», «религиозности», «половой распущенности». Официальная мораль становилась все более «викторианской». Использование косметики, следование западной моде в одежде, музыке, танцах приравнивались к измене идеалам революции.

Созданная по таким рецептам культура для масс без массовой культуры была утопией, и эта модель никогда не была полностью реализована. Условия социализации новых поколений изменились кардинальным образом, что принесло весьма заметные плоды. Все шире становилась пропасть между досоветским и советским поколением. Многие представители последнего были уже не столько детьми своих родителей, сколько детьми своего времени. Примечательны записи 1930 г. в дневнике актера и режиссера МХАТа В. Смышляева: «В театре говорим с опаской, никому их молодых верить нельзя — выдадут не из подлости (но есть и такие), а из “честного стремления к строительству социализма”. У нас в театре (как и везде, во всех учреждениях) объявлена классовая борьба, как это ни дико. Вот и борются».38 Можно согласиться с мнением Ю. Щеглова: «…“новый человек” первых пятилеток — это не новый человек романа Чернышевского “Что делать?” с акцентом на свободе личности. Его сила не в индивидуальных талантах, не в независимости, а напротив, в принадлежности к коллективу, объединенному возвышенной целью».39 Постепенно становятся заметными результаты нивелировки в воспитании строителя нового мира. Монолитность молодого поколения уже бросалась в глаза свежему человеку со стороны. И. Эренбургу, вернувшемуся из Европы, на встрече в ИФЛИ был задан вопрос: «Скажите, Илья Григорьевич, отличаются ли чем- нибудь французские девушки от русских?» «Отличаются,— засмеялся Оренбург, — Если француженка увидит на своей подруге нарядное платье, она скажет: “Очень красиво! Придумаю себе тоже что-нибудь оригинальное”. Русская девушка тоже придет в восхищение: “Ой, как красиво! Сошью себе точно такое!”».40 Грандиозный культурно-психо логический эксперимент по формированию «нового человека» вызывал огромный интерес во всем мире. Представления о пластичности человеческой природы были в те времена широко распространенными. Но вот по поводу его результатов существовали противоположные точки зрения: от восхищения до неприятия. Н. И. Бухарин, свято веривший в идею нового человека, 3 апреля 1936 г. выступил в Париже с докладом «Основные проблемы культуры». В нем он сравнил две концепции человека и культуры: фашистскую и социалистическую, и оспорил тезис Н. Бердяева о тождественности двух тоталитарных режимов и их культур.41 Высокие идеалы, романтическая вера в будущее, антимещанство и социалистический гуманизм, по его мнению, кардинально отличали советскую систему ценностей от фашистской системы. Безусловно, молодежная субкультура сыграла выдающуюся роль в борьбе старого и нового в массовой культуре. В противостоянии «мещанской» и молодежной культуры в 20-х годах в специфической форме нашла отражение старая антитеза русской культуры: официальной — неофициальное, общественное — частное, регламентированное — свободное.

top