Мировым трендам вопреки. Экономическая политика

Мировым трендам вопреки. Экономическая политикаСитуация на международных финансовых рынках сложная. И она будет оставаться сложной еще достаточно долгое время в связи с целым комплексом проблем, проблемы еврозоны – лишь одна из многих. В отношении политики центральных банков ведущих стран сложились высокие эмиссионные ожидания.  Предполагается, что центральные банки и ФРС будут готовы в экстренных случаях – то есть при серьезных провалах финансовых рынков – пойти на значительную эмиссию. Это означает, что прогноз развития ситуации в отношении ликвидности следующий: ликвидные средства будут для финансовых рынков доступны всегда.

Кроме тех периодов, когда она будет исчезать вовсе, как это случилось в мире в 2008 г. или в мае этого года. В связи с тем, что запасы ликвидности будут с высокой вероятностью поддерживаться,  цены на нефть будут также достаточно высокими, как минимум, в  течение ближайших лет. Но когда этот своеобразный пузырь ликвидности лопнет, то цены на нефть вряд ли останутся высокими. Дополнительный риск для России – в технологических изменениях добычи нефти и газа, которые придутся на 2015-2016 годы: распространение технологии производства сланцевого газа и нефти может стать своего рода революцией на сырьевом рынке. Но до этого момента еще есть время, в принципе достаточное, чтобы найти способы снизить негативный эффект. Создание точек роста в несырьевых сегментах экономики, повышение уровня конкуренции и снижение административных издержек ведения бизнеса долно быть проведено уже в ближайшее время, чтобы создать запас прочности на случай сырьевого шока. Бюджет, платежный баланс и отток капитала Если сравнить текущую ситуацию с кризисом 2008 г., то положение выглядит следующим образом: с точки зрения зависимости цен российской экономики от цен на нефть ситуация стала хуже.

Возросла чувствительность к колебаниям нефтяных цен и госбюджета, и российского платежного баланса. Их состояние в большей степени, чем раньше, определяется уровнем и динамикой нефтяных цен. Сегодня России для сбалансированности бюджета нужна гораздо более высокая цена не нефть, чем в 2008 году. С другой стороны, чувствительность финансового сектора и зависимость от мирового финансового рынка снизилась. Сегодня внешние займы российских банков составляют 13% от их активов,  а в 2008 г. этот показатель был порядка 20%. Важно при этом понимать перспективы изменения этих индикаторов. Совершенно очевидно, – и понимание этого в мире есть, – что глобальные риски в банковском секторе не исчезли, соответственно, требуются изменения мирового банковского регулирования.

И эти изменения идут в направлении сжатия банковских балансов, то есть регулирование в мире становится более жестким.  Ужесточение банковского регулирования создает предпосылки для дальнейшего снижения зависимости национального финансового сектора от мировых рынков. С другой стороны, перед нашей страной возникает опасность того, что зависимость экономики от цен на нефть  будет накапливаться, поскольку конъюнктура сырьевых рынков может остаться достаточно благоприятной, во всяком случае, в кратко — и среднесрочной перспективе. До кризиса инфляционные ориентиры были на втором плане, поскольку регулятор  (Банк России, – прим. ред.) занимался в первую очередь управлением валютным курсом. Однако с началом кризиса контролю над  инфляцией стали уделять больше внимания. Сохранение низких темпов роста цен в период замедления темпов экономического роста рассматривается как способ сохранения социальной стабильности и политических рейтингов.

Кроме того, низкая инфляция прошлого года позволила восстановить доверие к Банку России и создала реальные возможности дальнейшего улучшения его репутации. Успехи последних лет Банка России по контролю над темпом роста цен  повысили доверие к его прогнозам. Но в этом году шансы превышения 6%-го прогноза роста цен за 2012 г. растут на глазах, а регулятор ничего не предпринимает. С июня 2012 г. обозначился быстрый рост мировых цен на сельскохозяйственную продукцию.  Это уже привело к росту внутренних цен, а дефляции, характерной для динамики цен в России в августе-сентябре, в этом году не было.

Повышение тарифов естественных монополий в июле еще более стимулировало рост цен. Инфляция уже в сентябре вышла на уровень в 6% в годовом выражении. Отсутствие какого-либо внятного комментария ЦБ заставляет рынки нервничать, особенно после выхода 7%-го прогноза Минэкономразвития на этот год, что говорит о внутреннем конфликте в правительстве в отношении  инфляционного таргетирования. В принципе, рост мировых цен на зерно является изменением внешней конъюнктуры, но реакция Банка России непременно должна была быть. ЦБ мог бы компенсировать негативное влияние этого фактора денежной политикой, что чревато замедлением темпов роста кредитования и экономики, и не выглядит реалистичным сценарием.

Либо нужно было анонсировать изменение своего прогноза в силу непрогнозируемых внешних факторов, и таким образом переориентировать рынки на другую величину. Но замалчивание факта ускорения инфляции и попытка сделать вид, что ничего страшного не происходит, подрывает доверие к действиям регулятора  и наносит значительный удар по его способности управлять инфляционными ожиданиями в будущем. Чем скорее ЦБ поменяет прогноз инфляции на более реалистичный или хотя бы обозначит свою обеспокоенность сложившейся ситуацией, тем больше шансы сохранить контакт с рынками. В противном случае инфляционные ожидания начнут расти независимо от желания властей. А вслед за этим будет снижаться и инвестиционная привлекательность страны.

Данные по оттоку капитала из России дают четкий сигнал – частный реальный сектор еще не готов выступать активным инвестором. Отток капитала, который не прекращается уже пятый год, носит структурный характер, и возможное ухудшение капитального счета платежного баланса в случае нового витка кризиса вряд ли будет сопоставимо с шоком 2008 г., которому предшествовали два года активного притока капитала. И население, и компании встретили кризис 2008 г. со значительными валютными обязательствами, которые было выгодно накапливать в условиях постоянного укрепления рубля. В частности, доля валютных кредитов физических лиц составляла до кризиса 15%, что при возникшей нестабильности обменного курса спровоцировало масштабное бегство населения в иностранную валюту с целью погасить имеющиеся кредитные обязательства. Последнее логично привело к кризису на российском банковском рынке.

С тех пор ситуация изменилась в лучшую сторону: население стало гораздо осторожнее относиться к валютным кредитам, и сейчас их доля составляет 6%. В послекризисные годы произошло еще одно важное для финансовых рынков изменение – в динамике доходов и совокупного спроса. До  кризиса в России отмечался рост потребления, реальные располагаемые доходы населения росли на 10% в год, инфляция была двухзначной, и суммарный конечный спрос в номинальных ценах рос на 20-30% в год. Это очень высокий показатель, в том числе важный ориентир для инвесторов. Сейчас реальные доходы населения растут на 1-2% в год, инфляция составила  за первое полугодие 2012 г. 4%,  номинальный спрос увеличивается не более чем на 10%  в год. Для многих российских компаний это означает кардинальное изменение рынка, на котором они привыкли работать. Неудивительно, что чистый отток капитала составляет 5% ВВП. Таким образом, спрос на инвестиционный ресурс достаточно ограниченный, и это видно через сжатие финансового и долгового рынков и рынка акций (до кризиса рынок акций показывал признаки роста, были IPO).  Сейчас, в сравнении с другими развивающимися рынками, позиции России с точки зрения рынка акций не выглядят слишком сильными: российский рынок дает незначительные возможности для диверсификации финансовых вложений. Более половины структуры индекса РТС приходится на акции нефтегазовых компаний, а новые эмитенты последнее время на рынке не появлялись. Есть ли в стране сбережения?

 Они есть, но, в основном, государственные. А население по-прежнему более склонно к потреблению, чем к накоплению. Но  финансовые рынки работают тогда, когда есть спрос на деньги и их предложение – то есть, сбережения. Может ли ситуация измениться в ближайшие годы в лучшую сторону? Недавние опросы населения Росгосстрахом свидетельствуют об ожидании нового повышения доходов. На вопрос об уровне достойной зарплаты в среднем называлась сумма 60 тыс. руб. в месяц.

На тот же вопрос  в 2010 г. давался ответ – 40 тыс. рублей. Причем и инфляция тогда была выше (8% против 4% по итогам первого полугодия 2012 г.). Опросы относительно ожиданий динамики доходов населения на перспективу в 5-7 лет отразили ту же тенденцию: до кризиса назывался уровень в 55, а сейчас – в 48%. При том, что в тот период доходы в реальном выражении росли на 10% в год, а сейчас – только на 2%. То есть, объективно условия для роста доходов изменились существенно, а ожидания – незначительно. Эти данные говорят о том, что население не готово заместить государство на рынке сбережений и не стремится более активно накапливать. Поэтому с точки зрения баланса предложения и сбережений роль государства в России остается высокой. О чем говорят все эти данные? Они дают основание думать, что ситуация в России  и на российских финансовых рынках будет разворачиваться в прямо противоположную – по отношению к мировым трендам – сторону.

В том числе в части жесткости банковского надзора. Понятно, что жесткое регулирование испанского, к примеру, банковского сектора, инициированное монетарными властями Европейского Союза, рано или поздно приведет к тому, что на бюджеты развитых стран ЕС лягут дополнительные риски, связанные с кредитной поддержкой и международными гарантиями испанской экономике. При этом в Испании и Греции, проблемных странах еврозоны, чрезвычайно высока безработица среди молодежи (от 15 до 25 лет) – около 50%. И политика сдерживания бюджетных расходов вкупе с жесткими ограничениями финансового сектора создают чрезмерное социальное давление, поддерживать которое в долгосрочной перспективе нереально. Поэтому в нашей стране, также находящейся в зоне влияния финансового кризиса, – судя по тому, как развиваются события в этом году – ставка сделана не на ужесточении банковского регулирования, а на контроль за бюджетными рисками. Введено бюджетное правило, и его введение означает, что бюджет не сможет играть стимулирующую роль в росте российской экономики, а бремя поддержки экономического роста ляжет прежде всего на  банковский сектор.

Представляется, что в ближайшее время государственные банки будут еще более активно брать на себя роль инвестора и в финансовые рынки, и в реальный сектор. Это уже происходит, около 70% всего прироста объемов кредитов прошлого года  обеспечили госбанки, причем около половины прироста кредитного портфеля пришлось на кредитование проектов в инфраструктурные и стратегические сектора, а заемщиками выступали госкорпорации и госкомпании. Вот такой механизм развития российского кредитного рынка задает и тренд всему российскому финансовому рынку. Наталия Орлова Подготовил к публикации Илья Воробьев

top