Когда труба – «Дружба», а дело – труба. Часть вторая : Аналитика : Накануне. RU

Когда труба – "Дружба", а дело – труба. Часть вторая : Аналитика : Накануне. RUВ первый рабочий день 2010 года ясности в "нефтепошлинных" отношениях России и Белоруссии не добавилось, переговоры, зашедшие в тупик в построждественские выходные, не продолжились, стороны ограничились лишь заверениями общественности в том, что поставки "черного золота" продолжаются в обычном режиме. Нынешняя неопределенность напомнила Однако сегодня условия сильно изменились, главным образом, из-за начала действия с 1 января наступившего года пакета документов о создании Таможенного союза на территории трех государств. Этот факт весьма важен, так как используется в качестве основного аргумента белорусской стороной. Россия, в свою очередь, акцентирует внимание на том, что такая важная для нее отрасль, как поставки углеводородов, не может быть приведена к "общему знаменателю" и требует особых условий. В частности, об этом говорили в новогодние каникулы премьер-министр России Владимир Путин и его зам, курирующий энергетику, Игорь Сечин. "С 1 января текущего года вступило в действие соглашение о Таможенном союзе между Россией, Казахстаном и Белоруссией. Вместе с тем, как известно Вам, а также нашим партнерам в Казахстане и Белоруссии, вопросы поставки углеводородов, в частности, нефти и газа, пока вынесены за рамки этого регулирования.

И по этим группам товаров должны быть подписаны особые документы — отдельные соглашения. Мы планировали сделать это к 1 июля текущего года", — напомнил тогда Путин. Далее Сечин как мог описал с трудом идущие переговоры, конкретно сказав только о 6 млн т беспошлинной нефти для внутреннего потребления Белоруссии (всего соседней республике требуется в год около 8 млн т нефти, порядка 2 мнл т страна добывает сама). Вице-премьер российского Правительства также заявил, что беспрепятственный транзит на время "оформления договоренностей" обеспечивается. "Начались отгрузки на белорусские НПЗ: на Новополоцкий НПЗ "Нафтан" — около 100 тыс. т нефти и 78 тыс. т нефти на Мозырский НПЗ тоже начали отгружать по системе магистральных нефтепроводов", — рассказал Сечин. Накануне о том, что за неделю изменений не произошло, и белорусские НПЗ продолжают снабжаться сырьем в штатном режиме, нашему агентству рассказал и руководитель отдела по связям с общественностью и СМИ ОАО "Транснефть" Игорь Демин.

Аналогичное заявление сделала и пресс-секретарь концерна "Белнефтехим" Марина Костюченко. Несмотря на это, источник Накануне. RU в одном из белорусских операторов по давальческой переработке нефти усомнился в том, что на сегодняшний день поставки нефти ведутся в прежних объемах. По словам Игоря Демина, нефть на белорусские заводы сегодня отгружается со стопроцентной таможенной пошлиной. Марина Костюченко не стала уточнять размер пошлины, которая отчисляется с нынешних поставок, отметив лишь, что "поставки ведутся в рамках предварительных договоренностей". Другими словами, если сегодня Белоруссия получает нефть без понижающего коэффициента, то, можно сказать, что "предварительные договоренности" явно были достигнуты с выгодой для России. Суть проблемы уже не раз обозначалась – российская сторона посчитала, что понижающий коэффициент 0,356 к стопроцентной таможенной пошлине, введенный, кстати, ровно два года назад – 12 января 2007 г. – не может быть пролонгирован.

При этом время на урегулирования вопроса, как уже говорилось выше, теоретически есть – до 1 июля текущего года. Таким образом, в рамках закона "тянуть резину" и выбивать для себя выгодные условия стороны могут довольно долго. По мнению белорусского экономического эксперта Ярослава Романчука, возможны три сценария дальнейшего развития ситуации. "Самый сильный ход с позиции стратегии выстраивания равноправных, партнерских отношений с Россией и укрепления институтов независимого государства – выход из таможенного союза с РФ и Казахстаном, а также приостановление членства в проекте "союзное государство". При этом правительство Белоруссии обязано перестроить свою работу с режима льготной нефти на режим получения энергоресурсов по мировым ценам. Дальше без криков, обвинений и оскорблений Лукашенко мог бы предложить Кремлю подписать полноценный договор о создании зоны свободной торговли. Это значит, что белорусские и российские товары на территории наших стран должны торговаться без тарифных и нетарифных ограничений, а режимы торговли товарами третьих стран определяются каждой из стран самостоятельно.

Для реализации этого сценария необходимо решиться еще на одну непопулярную сегодня меру – восстановить таможенную границу с Россией. Именно на ней нужно фиксировать факт пересечения границы для возврата НДС", — говорит эксперт. Правда, такой вариант кажется менее вероятным. Хотя в пылу конфликта Лукашенко и может заявить, что его государство может выйти из Таможенного союза, едва в него войдя, на деле он показывает себя более рассудительным и прагматичным человеком. Не далее как 5 января на своей пресс-конференции местным СМИ Александр Лукашенко так прокомментировал вступление Белоруссии в Таможенный союз. "Конечно, придется поступиться и пойти на компромисс по каким-то вопросам. Так и они [Россия и Казахстан] же пошли на компромисс по 632 чувствительным позициям.

Им тоже не нравится, но они с этим согласились. Поверьте, мы не очертя голову бросились в этот таможенный союз. Мы абсолютно ничего не теряем и можем только приобрести", — заявил глава республики. "Второй сценарий – раздувание конфликта, "горячие" слова в адрес руководителей России, пересмотр транзитной политики по газу и нефти, а также режима налогообложения российских газовых и нефтяных труб. Лукашенко не будет выходить из таможенных и союзных договоров.

Он будет обвинять Кремль в их срыве. Третий сценарий – подписание предложенного Сечиным договора, продажа белорусских НПЗ российских компаниям и резкое увеличение скорости экспансии российского капитала в Беларусь, в первую очередь, через банки. Россия готова заплатить за такой сценарий столько денег (дать кредитов), сколько нужно", — говорит Романчук. Еще один вариант действий белорусских властей рассматривает белорусский экономический эксперт Татьяна Маненок. "Часть нефтяных изъятий Белоруссия может компенсировать за счет повышения стоимости транзита.

Пока этот вариант рассматривается теоретически. Известно, что Белоруссия на переговорах с Москвой готова прибегнуть к крайнему аргументу: повысить стоимость транзита российской нефти до $45 за т на 100 км (сейчас российские компании платят от 0,38 до 3,05 евро за т. Выгоды от такого повышения просчитываются пока умозрительно. При нынешних объемах транзита эта позволит получить, по расчетам правительственных аналитиков, около $2 млрд.", — говорит эксперт. Впрочем, нереален ли такой сценарий – большой вопрос. Два года назад Белоруссия уже делала такой "ход конем".

Причем своего добилась: меньше чем за месяц российская стороны снизила ввозную пошлину более чем в три раза – с $180,7 до $53 за т. Кроме того, примерно в $1,8 млрд специалисты оценивают и те убытки, которые в случае подписания российского варианта понесет белорусская сторона. Так что это будет всего лишь равная компенсация. Корень проблемы, по мнению экспертов, вовсе не в том, что два государства не желают на деле доказывать свое стремление к интеграции и созданию единого экономического пространства. Скорее, наоборот, у российских компаний есть настойчивое желание заполучить объекты нефтяной инфраструктуры. "У определенной группы так называемой российской элиты есть огромное желание подешевле купить белорусские нефтеперерабатывающие предприятия, снизив сначала их балансовую стоимость. Российские специалисты прекрасно оценивают технологический потенциал белорусских НПЗ, в частности, того же "Нафтана".

"В России, несмотря на огромные финансовые ресурсы так и не удосужились модернизировать свои предприятия, которые не могут конкурировать по глубине переработки с белорусскими", — цитирует агентство "Интерфакс-Запад" руководителя аналитического центра ЕсооМ Сергея Мусиенко. Учитывая, что тот же "Белнефтехим" является крупнейшим налогоплательщиком, работодателем и экспортером Белоруссии, скупка российскими компаниями белорусских активов сделала бы республику еще более зависимой. Белорусские НПЗ, действительно, лакомый кусок. Как рассказала Накануне. RU Марина Костюченко, сегодня "Белнефтехим" довел уровень переработки нефти на своих предприятиях до 75% (для сравнения, в России этот показатель в среднем по отрасли составляет около 71%). На уже упомянутой пресс-конференции Лукашенко, кстати, говоря о приватизации и подразумевая российские предприятия, сказал, в частности, следующее: "В модернизацию "Нафтана" белорусской стороной было вложено более $0,5 млрд.

Почему наши заводы так привлекательны для россиян? Они конкурентоспособны, производят хороший товар. В России нет заводов с такой глубиной переработки нефти. В комплекс "Нафтан-Полимир" надо вложить еще $1,5 млрд. "Нафтан" готовы были забрать, а "Полимир" нет. Я говорю нет. Это прицеп. Не нами созданный. Никуда от этого не денешься.

Там тоже люди работают. Они в теснейшей связке должны работать" . Сложно упрекнуть в данном случае Лукашенко в непоследовательности, более того, примерно также напутствует ведение дел, например, Владимир Путин. На фоне ухудшения мировой конъюнктуры на нефтепродукты нефтеперерабатывающий комплекс Белоруссии с его очень привлекательной близостью к потребителю и налаженным экспортом в примерно 70% от производимой продукции ("Белнефтехим", например, большую часть нефтепродуктов экспортирует в ЕС и СНГ, последнее особенно интересно в условиях Таможенного союза) становится таким объектом, за который не жалко и повоевать на очередной новогодней нефтегазовой войнушке.

top